Наука и техника

Во время Второй мировой войны много боевых самолётов заслуженно получили лавры лучших в своём роде, и на этом фоне как-то теряется спорный Bell P-39 Airacobra. С одной стороны, британские и американские пилоты его откровенно недолюбливали и оставляли его для вторых ролей. С другой же, советские отзывались о нём с большим почтением и считали одним из лучших боевых самолётов, который им приходилось видеть. Так откуда же взялась подобная неразбериха?

Утро начинается с парковки, день проходит в плотном трафике, а вечер — на тесной дворовой петле, похожей на головоломку. В таком ритме живёт любой крупный город, и потому компактный автомобиль быстро превратился в незаменимую рабочую лошадку: не слишком дорогой, в меру комфортный, с минимумом капризов и максимумом пользы. Машины B-класса не зря пользуются большой популярностью, но вот какую из них можно назвать идеальной?

Экспериментальная военная техника очень редко доходит до серийного производства в том виде, как задумывали её конструкторы, если доходит вообще. Яркий тому пример – очень странный на вид вертолёт SB-1 Defiant. Он разрабатывался с самыми благими намерениями и обещал стать прорывом в своей области, но в итоге оказался никому не нужен. От готовой машины отказались, и теперь она будет доживать свой век в музее в качестве выставочного экспоната.

В вождении не всё и далеко не всегда зависит от водительских рук. Машина может заскользить, забуксовать, потерять сцепление и повести себя непредсказуемо. Вот тут в дело вступают электронные ассистенты, которые, в отличие от человека, не паникуют и действуют быстрее. Они не делают за водителя всю работу, но вмешиваются в нужный момент, чтобы сохранить контроль над машиной. Разобраться в том, как и зачем они это делают, значит лучше понимать саму суть современного автомобиля.

Разветвлённая система протоков, мелководные участки, сильные течения и суровый климат сделали Амур своеобразной лабораторией для боевых катеров. Здесь не приживались шаблонные конструкции, и каждое новое поколение речных артиллерийских катеров разрабатывалось с оглядкой на конкретную местность, характер службы и задачи, которые нельзя было решить средствами морского флота.

В создании военной техники нет ничего простого или быстрого, скорее наоборот, разработчикам постоянно приходится сталкиваться с большими трудностями. Подобное положение дел актуально сейчас, и также было в годы Великой Отечественной. К примеру, конструкторы вложили немало сил и времени в создание истребителя И-185, добились больших успехов, а результат обещал впечатлить даже придирчивых военных, но реальность оказалась очень суровой к этому проекту.

Экспорт оружия — один из инструментов международной политики США, но при этом даже тесные союзники не могут рассчитывать на полный доступ ко всему американскому арсеналу. Некоторые образцы остаются только в распоряжении Пентагона: их не продают, не арендуют и не передают под чужие флаги. Это не столько проявление недоверия, сколько способ сохранить определённый технологический задел и исключить утечку критически важных технологий. И такой техники в распоряжении Соединённых Штатов немало.

За последние годы беспилотники окончательно перестали быть диковинкой на поле боя. Они работают на разведку, атакуют и корректируют огонь, а некоторые буквально висят в воздухе непрерывно. Простыми методами от них уже не отмахнуться — малозаметные, дешёвые и многочисленные цели создают на ПВО огромную нагрузку. В этой новой реальности зенитным системам приходится радикально меняться, а не эволюционировать. И яркий тому пример — «Панцирь-СМД-Е», первый в своём семействе, кто сбросил с себя орудийные установки и пошёл по другому пути.

В разгар войны, когда слово «танк» чаще ассоциировалось с грозной бронемашиной вроде Т-34 или тяжёлого ИС, скромный Т-60 нередко оставался за кадром. Его не чеканили на юбилейных монетах, не водили по Красной площади, и уж точно не сравнивали с немецкими «Тиграми» — слишком уж разными казались эти машины даже по внешнему виду. Но история не прощает поверхностного взгляда. Именно Т-60, этот невзрачный танк, имел большое значение для всей отрасли.

Асимметричные формы в авиации воспринимаются как нечто противоестественное. Любой самолёт рождается из симметрии — две половины крыла, строгое равновесие осей, идеальный баланс масс, но был человек, который не побоялся взглянуть на это правило иначе. Берт Рутан, инженер и новатор, создал самолёт, который буквально ломает глаза, будто его перекосило на чертежах. Тем не менее у Model 202 Boomerang каждая линия, как ни странно, служит здравому смыслу, и весь его внешний вид – это не просто эксцентричный каприз конструктора.