Как появился коньяк и почему не всякое «жжённое вино» можно так называть

В XII веке во французском регионе Шаранта (именно там находится городишко Коньяк) стали появляться первые крупные виноградники. Создавались они под чутким покровительством герцога Аквитании Гильома X Святого. Человек он был исключительно образованный (по меркам своего времени), из-за чего слыл не только добрым воином и политиком, но любителем «утончённых искусств». Покровительствовал трубадурам, музыкантам и даже дал превосходное образование собственным дочерям (редкое явление в то время). Вдобавок по всему Гильом X был ещё и справным хозяином: герцог прекрасно понимал, что именно «кровь Христа» - одно из главным сокровищ его земли.



Собственно, так и началась история вин из Шаранты. Не прошло и ста лет, как купцы разнесли дивный аквитанский нектар едва ли не по всей Западной и Северной Европе. К XV веку морская торговля аквитанскими винами (а ещё местной солью) прочно закрепилась за голландскими торговцами. Однако, у напитка с виноградников Шаранты был один минус - из-за низкого содержания алкоголя вино плохо переносило дальние морские путешествия. Почесав репу, потомки фризов и саксонов смекнули: а что, если подвергнуть «слабое» аквитанское вино перегонке? Попробовали, в результате получился очень крепкий дистиллят, который тут же назвали не иначе как «жжёным вином» или «brandewijn». Сей странный напиток неожиданно пришёлся по вкусу, во всяком случае после разбавки с водой. Сегодня он известен под названием «бренди».



Так как тащить вино в качестве сырья к чёрту на рога было не слишком выгодно, купцы стали основывать в Аквитании собственные перегоночные цеха. Образовалась следующая схема: во Франции производили вино, которое затем «пережигали» в концентрат. Последний разливали по бочкам и кораблями везли в Голландию и другие места, где разбавляли водой уже по прибытии. Такой подход оказался максимально выгодным, ведь после перегонки объем перевозимой жидкости сокращался почти в три раза. При этом после добавления воды объем алкоголя возвращался едва ли не к первоначальном значению относительно объема сырья.



Нужно ли говорить, что французы недолго щёлкали клювами и технологию винного обжига у голландцев-то и подсмотрели. И как всякие правильные творческие люди, сыны франков не только украли чужую идею, но и принялись всесторонне её развивать! Забегая вперёд, получилось отлично. Сами виноделы из Шаранта любят повторять легенду о том, что технология двойной перегонки приснилась рыцарю Жаку де ла Круа Марону, который, будучи «добрым христианином», развлекался не только субботними поездками на охоту и воскресными походами в церковь, но и чуть-чуть алхимией… Якобы Марону приснился сон о том, что он оказался в аду, где дьявол грозился дважды сварить его в котле. Проснувшись на самом интересном месте, Жак понял: жечь вино нужно дважды! И как уже можно было догадаться, если бренди – это вино, прошедшее дистилляцию, то коньяк – это бренди, прошедший через ту же самую процедуру ещё раз. Но просто здесь только на словах, конечно же.



Легенды-легендами, но в действительности всё было куда сложнее. Процесс появления коньяка был длительным и запутанным, став результатом многолетнего труда целых династий французских виноделов и алхимиков (так в Средние века клеймили почти любых учёных мужей, экспериментировавших со всяким). И дело здесь было далеко не только в том, чтобы додуматься до двойной перегонки. Куда сложнее было изобрести и спроектировать подходящие перегонные кубы. В общем, как водится в человеческом хозяйстве, развитие одной отрасли тянуло за собой целую вереницу открытий и инноваций в самых разных областях.



Что любопытно, первоначально традиции выдерживать вино двойной перегонки в бочках не существовало. В оборот эта практика была взята лишь в XVIII веке, где из-за очередной англо-французской войны большая партия коньяка долгое время простояла в бочках на торговых кораблях. Откупорив одну из бочек на проверку после снятия блокады, виноделы с удивлением обнаружили, что получилось неплохо! С тех пор принято считать, что настоящий коньяк – это лишь тот напиток, что как следует «мариновался» в бочках из французского дерева и не какого-нибудь, а из леса Лимузена! Впрочем, на всех нужных бочек не напасёшься, а потому с XIX века для «настоящего» коньяка используют и обычные дубовые бочки.



Что до коньячных домов, то первые из их числа стали складываться ещё в XVII веке. Однако, в наше время остались преимущественно «новодельные» винокурни, ведущие свою родословную с конца XVIII и начала XIX столетия. Кстати, тогда же коньяк впервые стали разливать в стеклянные бутылки, что поспособствовало его экспансии на внешние рынки, а ещё серьёзно подтолкнуло вперёд развитие стеклодувной промышленности Франции. Что до дня сегодняшнего, то в наше время вино двойной перегонки, где только не производятся. Технологически оно ничем не отличается от французского (в общих чертах). Однако, юридически считается бренди, ибо коньяк – это не только город и напиток, но ещё и торговая марка. По этой же причине французские производители «жжённого вина», конечно же, закономерно и справедливо всячески эксплуатируют тезис о том, что «настоящий» коньяк делают только у них - в Шаранте.

В продолжение темы читайте про 5 самых дорогих марок водки, которые может себе позволить не каждый богач.